Цитата дня

«Добро уже не добро, коль скоро оно не добре будет сделано; но невозможно добру быть сделану без благодати Христовой. Если б было это возможно, Бог не пришел бы на землю соделаться человеком, чтоб даровать такую благодать человекам, помощью коей единой всякое добро может быть добре делаемо. И блажен человек, который познал, что помощью благодати Христовой всякое добро может быть добре делаемо; окаянен же тот, кто не познал сего; всуе держит таковый веру Христову» (Симеон Новый Богослов)

oshibki.jpg

Крестный путь Спасителя. Моление о чаше. Взятие под стражу Иисуса Христа.

«Потом приходит с ними Иисус на место, называемое Гефсимания, и говорит ученикам: посидите тут, пока Я пойду, помолюсь там. И, взяв с Собою Петра и обоих сыновей Зеведеевых, начал скорбеть и тосковать. Тогда говорит им Иисус: душа Моя скорбит смертельно; побудьте здесь и бодрствуйте со Мною. И, отойдя немного, пал на лице Свое, молился и говорил: Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия; впрочем не как Я хочу, но как Ты. И приходит к ученикам и находит их спящими, и говорит Петру: так ли не могли вы один час бодрствовать со Мною? бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна. Еще, отойдя в другой раз, молился, говоря: Отче Мой! если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя. И, придя, находит их опять спящими, ибо у них глаза отяжелели. И, оставив их, отошел опять и помолился в третий раз, сказав то же слово. Тогда приходит к ученикам Своим и говорит им: вы все еще спите и почиваете? вот, приблизился час, и Сын Человеческий предается в руки грешников; встаньте, пойдем: вот, приблизился предающий Меня. И, когда еще говорил Он, вот Иуда, один из двенадцати, пришел, и с ним множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и старейшин народных. Предающий же Его дал им знак, сказав: Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его. И, тотчас подойдя к Иисусу, сказал: радуйся, Равви! И поцеловал Его. Иисус же сказал ему: друг, для чего ты пришел? Тогда подошли и возложили руки на Иисуса, и взяли Его. И вот, один из бывших с Иисусом, простерши руку, извлек меч свой и, ударив раба первосвященникова, отсек ему ухо. Тогда говорит ему Иисус: возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут; или думаешь, что Я не могу теперь умолить Отца Моего, и Он представит Мне более, нежели двенадцать легионов Ангелов? как же сбудутся Писания, что так должно быть? В тот час сказал Иисус народу: как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями взять Меня; каждый день с вами сидел Я, уча в храме, и вы не брали Меня. Сие же все было, да сбудутся писания пророков. Тогда все ученики, оставив Его, бежали» (Мф. 26,36–56; также Лк. 22,39–53; Мк. 14,32–52; Ин. 18,1–12).

   

 Господь желал уединения, чтобы в молитве к Своему Отцу Небесному излить Своё сердце. Оставив большую часть учеников у входа в сад, трёх из них — Петра, Иакова и Иоанна — Христос взял с Cобой. Эти апостолы были с Сыном Божиим на Фаворе и видели Его во славе. Теперь свидетели Преображения Господня должны были стать свидетелями Его душевных страданий.

И ученики уходят вместе со Христом в Гефсиманский сад. Ночь, холод; троих - Петра, Иакова и Иоанна - Спаситель берет с Собой, чтобы они были при Нем, хоть на расстоянии броска камня и Христос уходит и стоит перед лицом смерти, крестной смерти. А ученикам холодно, настала ночь, и тоска их гложет, и от тоски все трое засыпают.

И Он встает и идет к Своим ученикам в надежде, что встретит человеческий взор, что коснется Его человеческая рука, что хотя Он на каком-то расстоянии от них, что Он не один, - а они спят. Христос снова отброшен в совершенное одиночество. Он снова молится. На этот раз Он сделал шаг к победе; в первый раз Он говорил: "Да мимо идет чаша сия", теперь Он говорит: "Если Мне надо ее пить - пусть будет так". И на этом Он истощил все Свои человеческие силы. И Он идет за помощью. А ученики спят и Ему жалко их, у них нет для Него ни взора, ни слова, ни прикосновения руки - ничего нет. "Спите, дети! Почивайте, у вас не хватает сил для того, чтобы вместе со Мной один час понести Мою тоску предсмертную..."

Его снова отталкивают в одиночество. И третий раз Он молится: "Да будет воля Твоя!". И тогда все совершено. Он возвращается к ученикам, и теперь Он их может разбудить, теперь все на Нем - никто не помог.

Бывают моменты, когда и нам кажется, что мы если и не перед лицом смерти, то перед лицом какого-то решающего события, решающего поворота жизни, и так бы хотелось услышать хоть одно слово, чтобы хоть кто-нибудь взглянул, кто-нибудь прикоснулся к руке, но мы чувствуем, что мы одни и надо все сделать без помощи.

Но когда мы выходим из этой борьбы, или в промежутках между нашими такими отчаянными воплями - молитвенными или просто криками души, - как мы относимся к тем людям, от которых мы ожидали всю возможную помощь и которые заняты другим, каждый своим? У каждого своя тоска, своя усталость, своя озабоченность, - разве есть время на твою?..

А когда все уже совершено, Он им говорит: Теперь вставайте; тот, кто Меня предает, уже приближается. (Митрополит Антоний Сурожский)
 

 Иисус Христос был взят под стражу в Гефсимании у подножия Елеонской горы. Здесь Христос часто проводил ночи в молитвах, здесь начались Его искупительные страдания, закончившиеся на Голгофе. Это место хорошо знал предавший Его Иуда. Сохранился грот, где Христос, пав на землю, молился о чаше. Предание указывает место у входа в Гефсиманский сад близ остатков колонны, где искушенный диаволом ученик дал целование Божественному Учителю. Арест Господа был противен древнеиудейскому закону и еще и поэтому совершался тайно. Аресту предполагаемый преступник подлежал в двух случаях: когда нарушитель закона мог скрыться, чтобы избежать справедливого наказания, и когда пребывание его на свободе грозило безопасности людей или вело к нарушению порядка. Это относилось к вооруженному убийце, разбойнику или мятежнику. Господь указал на это правовое нарушение: «как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями, чтобы взять Меня? Каждый день бывал Я с вами в храме, и вы не поднимали на Меня рук, но теперь ваше время и власть тьмы» (Лк. 22, 52).