Цитата дня

«Душа, исполненная любви Божией, во время исхода своего из тела, не убоится князя воздушного, но со Ангелами возлетит, как бы из чужой страны на родину» (Преп. Серафим Саровский)

oshibki.jpg

Храм Успения Пресвятой Богородицы г. Подольск (Котовск)

Таким храм может стать с Вашей помощью!

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Это не прощание. Хотя и кончились 40 самых светлых дней года

Священник Андрей Мизюк

О чем грустит мое земное? С этим вопросом я частенько остаюсь наедине с самим собой. Ответы, которые приходят ко мне, впрочем, потом уже кажутся понятными, а проблемы и скорби почти всегда незначительными. Но вопрос сам по себе хороший. Помогает посмотреть на себя немного со стороны.

Возможно, что разделяя себя самого и то земное, повседневное, те сомнения и страхи, которые порой так сильны во мне, я открываю в себе частичку человека небесного, которого Господь творит в Своей смерти, Воскресении и Восхождении к Отцу. Праздник Вознесения – праздник новой природы человеческой. Не разлуки, но встречи. Отныне ей дано не только избавление от греха и смерти, но и слава великая.

В нашем земном человеческом облике Слово Божие, Сын и Господь восходит и пребывает одесную Отца. И если грех до глубин тьмы и отчаяния прежде низводил человека, то Любовь не просто прощает и разрешает, возвращает его к началу, но приводит человека туда, где прежде ему быть не приходилось. И как это принять и понести? Постижимо ли умом?

А земное мое нынче грустит об Отдании Пасхи, об окончании самых светлых сорока дней года, грустит, по-своему представляя эти мгновения и чувства учеников Божиих, видящих возносящегося Христа. И здесь, конечно, оно в большей степени что-то домысливает уже от себя, потому что нет в Писании места этой грусти. Но как земное через Апостола Петра возражало тому, что надлежит Спасителю понести страдания и Крест, так и мне ныне живущему по земному в чем-то кажется печальным вознесение Христа. А почему?

Может быть, потому что мало во мне раскрыт (а может и вовсе спит) человек небесный? Не мне ли в словах Евангелия сказано: «не оставлю вас сиротами»? Может быть потому, что в жизни очень часто более всего желаешь своего, того, что хочется тебе самому, от чего, возможно, Господь словами совести призывает сторониться. Но слышим ли мы эти слова? И не от того ли эта земная грусть, что одиночество мое настало гораздо раньше?

Сам Господь в дни Своей земной жизни много раз говорил о том, что не от Себя творит и совершает, о том, что слушается и исполняет волю Отца. К этому он зовет и Своих учеников. Прежде Креста и Воскресения, на Тайной вечери Господь раскрывает Своим ученикам тайну и смысл Своего возвращения к Отцу. А еще, и это самое главное: смысл того, что в этой жизни надлежит совершить его друзьям и ученикам, что предстоит пройти им.

Ин.14:12. Истинно, истинно говорю вам: верующий в Меня, дела, которые творю Я, и он сотворит, и больше сих сотворит, потому что Я к Отцу Моему иду.

Путь послушания и совершения дел Божиих уготован тем, кто был рядом с ним. Путь, который совершил Он Сам. И ученики Его и мы, ныне живущие, призваны следовать стезям Господним, пути Его в исполнении воли Небесного Отца. Так начинается дорога Человека в Небо.

«….кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим.» (Ин.14;23)

Да, человек следует Господу не только в Его земных делах, но Вознесением Христа отныне открыт путь и всякому человеку. И вот так человек смертный, земной призван к Престолу Господню.

«Вы слышали, что Я сказал вам: иду от вас и приду к вам. Если бы вы любили Меня, то возрадовались бы, что Я сказал: иду к Отцу; ибо Отец Мой более Меня.» (Ин.14;28)

И вот, возможно, это самое сложное: если бы Вы любили… Мне кажется, что я люблю. Но так ли это на самом деле? Есть ли смысл говорить о любви, если дела мои, поступки и мысли достаточно часто бывают в ущерб другому. Какая же здесь любовь? Бога люблю, но другому живому человеку от меня плохо? А как же то, что сделано одному из малых сих? Не Ему ли это сделано? Тогда и все слова о любви не более чем губка пропитанная уксусом. Так и во всей жизни: небесные маяки ищут нас и светят в дорогах ночей, но отзыв наш порой не более чем блеск меди.

Праздник радости…Господь возносится, чтобы остаться со мной. Восходит на Небо, не оставляя земли. Уходит, чтобы наполнить землю и сердца обычных смертных людей, прорасти в них лозой и сделать их виноградом. Из смертного обрести Вечное.

Так в Вознесение Господь относит к Отцу Небесному и мое сердце. Если в нем однажды нашлось место Ему.

«Мир оставляю вам, мир Мой даю вам; не так, как мир дает, Я даю вам. Да не смущается сердце ваше и да не устрашается. Ин.14:27.»

И нет, это не прощание. Он остается. Тот, Кто и есть источник жизни и начало всякого мира. Не мир, как пространство и время, но мир как начало и покой, как состояние Его собственной души. Как Он Сам.

О чем тогда печалится мое земное? Есть ли теперь время и место скорби?

Источник: Правмир