Цитата дня

«Человек в этом мире должен разрешить проблему: быть со Христом, или быть против Него. И каждый человек, желая того или не желая, решает эту проблему. Или он будет христолюбцем, или христоборцем. Третьего не дано» (прп. Иустин (Попович)

oshibki.jpg

Храм Успения Пресвятой Богородицы г. Подольск (Котовск)

Таким храм может стать с Вашей помощью!

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

 Вера-Веруня

Сергей Герук

 – Ну и чего попрусь я с тобой на службу, Вера? – отнекивался Николай на уговоры жены. – Там в церкви у вас одни бабы стоят, и я с тобой явлюсь, как ребенок семилетний… Мужики засмеют в автопарке, скажут: или болен, или водки перепил… Чего ходить?

– Так в грехах покаешься, за сорок-то годков накопил, поди, немало и таскаешь их за спиной, как мешок с кирпичами, – не унималась супруга.

– Дык какие грехи мои?!.. С шестнадцати лет вкалываю, дом построил, деньги не пропиваю, не ворую и тебе не изменяю, между прочим!

– Так вот за это Бога и поблагодари, что Он тебе жизнь дал, здоровье, детей… И жену не самую плохую, кстати…

– Ну вот ты и поблагодари за нас обоих. А у меня дел невпроворот. Не пойду.

– Ладно, оставайся. Только вот батюшка наш такое задание дал: сесть за столом с тетрадкой и вспомнить от раннего детства свою жизнь подробно, сколько раз Господь тебя спасал, сколько раз вывел из трудных ситуаций, сколько раз помог в жизни. А заодно – сколько раз мы споткнулись, родителей обидели, врали, не прощали, завидовали, мстили… Вот сядь дома один и подумай. Не хочешь записать, так хотя бы вспомни.

И ушла Вера. Николай провожал ее взглядом через окно, смотрел на ее плавную походку, которую так любил, как отворяла неспешно калитку, смотрела на небо и, оглянувшись на окно, перекрестила его, ушла.

– Чего вспоминать, копошиться в прошлом… В детстве тем более, – проговорил про себя. – Детство как детство. Отец на рыбалку брал. Ну да, был случай на Десне. Течение сильное там. А я плескался в воде у самого края, потом проплыл немного. Течение и понесло. Да как понесло! Прямо на стремнину. Я к берегу гребу, а меня несет вода со страшной силой. Фигурка отца на берегу уменьшается, он бежит вдоль реки, кричит: «Греби вдоль течения! Вниз плыви, к берегу!..» И сам в воду бросился. И другие рыбаки тоже. На руках вынес отец тогда, спас… Бог миловал: не утонул. А ведь спасти меня тогда не реально было, течение быстрее, чем бег отца, а вот он все же умудрился обогнать меня и вытащить…

«А помнишь, как на соседствующем с домом подворье сельпо ты украл пустые бутылки со склада, где нашел прогнившую доску в стене? – будто прозвенел в голове Николая чей-то голос. – А потом эти же бутылки в сельпо и сдал?.. Помнишь, как дрожали руки, когда вынимал бутылки из сетки, ставил на прилавок, а тетя Лиза, продавец, еще и спросила: “Ты чего, Николай, такой перепуганный? Небось бутылки дома без спросу взял?..”»

Сошло с рук тогда, хотя и переживал очень. А ведь если бы поймали, могли и посадить, запросто: воровство. Было дело… А как с ребятами на трассе киоск подломили, чтоб вино достать? Хотя взяли всего четыре бутылки, но ведь украли! А в армии, помнишь, как подбирали ключ к продуктовому складу, чтоб тушенку стырить и у местных выменять на самогон?.. А сколько бензина ты продал налево, когда на колхозном ЗИЛе работал? Сколько материала стащил и тайком ночью во дворе сгружал? Ты вор, Коля!!! Ночами теперь отгоняешь эти “невинные шалости”, а совесть-то в карман не спрячешь, хоть и не ловили тебя за руку!..»

– Ладно, – проворчал Николай, – кто не воровал? Все воровали. Я, что ж, людей на большой дороге грабил?

«Людей не грабил, а деньги тайком от жены все же пропивал, – не унимался правдолюбец внутри него. – Немного, но все же пропивал. А помнишь, когда жена Витьки с чердака свалилась и переломала кости и тот попросил взаймы на операцию, а ты не дал? А ведь деньги у тебя были!..»

– Так я ж подумал, что пробухает он эти денежки! Витька еще тот алкаш! – оправдывался он неизвестно перед кем.

«Алкаш не алкаш, а пришлось ему мотоцикл продать, чтоб операцию жене сделать. Чего ж ты после этого все избегал с ним здороваться? Совестно было?»

– Да елки-палки! Чего ты прицепилась, как репей? Прокурорша, что ли? Вот пойду сейчас в буфет и врежу грамм 300, сразу и отстанешь! – скрежетал зубами.

– Ну да, отстанет, – отвечал уже сам себе Николай. – Пока жена в храме молится, пойдешь совесть заливать?.. Подлец ты, вот кто ты!

Вышел во двор, уселся на крыльцо, закурил. И сам не заметил, как поплыли воспоминания прожитых лет – одно другого пакостнее. Прямо ужас, наваждение какое-то! Вот надоумила женушка!

Он сидел, морщась от воспоминаний, которые выныривали из прошлого, как маленькие палачи

В армии был эпизод. И не один. Память выбросила цветную картинку. Горы, Кавказ, жара. Служил на турецкой границе, шел в наряде дозором и прям над головой: з-з-з-зых! Свистнула пуля, невидимой бритвой срезала ветку с куста ежевики, а следом и звук выстрела долетел с турецкой стороны. Упал он тогда и перекрестился. А вечером, засыпая, сам себе пообещал: «Вернусь домой – первым делом свечу в храме поставлю». И не поставил, забыл!..

И тут на память пришел самый подлый поступок в его жизни, который он и вспоминать боялся. Премию получил он за год, приличную, а отец покойный хотел старый «Москвич» свой чинить, да денег у старика не было. А он премию-то и припрятал, себе на «тачку» копил!

– Мама дорогая, этого не вынесу! – простонал он. – Прости, батя, прости, родной!..

И слезы показались на глазах.

Он сидел еще какое-то время, морщась от воспоминаний, которые выныривали из прошлого, как маленькие палачи, жалили душу.

Уж было направился знакомым переулком к сельской пивной, где в воскресенье с утра толклась подвыпившая братва. Но на полдороге остановился, будто кто за руку дернул.

***

А Вера тем временем в храме смотрела на икону Богородицы, шептала:

– Умудри его, Царица Небесная! Ты нам вон сколько помогла, детей на ноги поставила, от болезней спасла и от смерти меня, окаянную, когда врачи приговор мне вынесли!.. Не остави мужа моего в неведении, Скоропослушница наша благая, Матерь Божия!

Кто-то тронул ее за плечо. Муж!

«Это ж надо, – думал он про себя. – Сколько радости в душе! Хоть летай…»

Николай, переминаясь с ноги на ногу, горячо зашептал ей на ухо:

– Ну, где тут исповедоваться?

– Вон, гляди, батюшка у иконы исповедует. Видишь? – так же шепотом отвечала Вера.

– Чего, так ему все и вывалить грехи мои на голову?.. – растерянно вопрошал он.

– Да не батюшке на голову, бестолковый ты, – радостно шептала она. – Христу ты исповедуешь, Он и прощает, а батюшка лишь свидетель при этом и власть имеет от Бога принять твою исповедь и разрешить от грехов.

Под епитрахилью священника простоял он долго. Так что и народ в храме стал недовольно поглядывать в его сторону: служба затягивалась.

Из храма они возвращались вместе. Вера взяла Николая под руку. Давно они под руку не ходили, разве что когда жениться собирались, лет 20 назад. Она шла по селу и гордо поглядывала по сторонам. А Николай чувствовал ее родное плечо, и на душе у него было светло и ясно, как в далеком детстве. Даже воздух осенний казался ему каким-то необычным, вкусным, дышалось свежо, в полную грудь. И люди, идущие навстречу, виделись необыкновенно добрыми и красивыми.

«Это ж надо, – думал он про себя. – Сколько радости в душе! Хоть летай…» И он с нежностью глянул на супругу. «Красивая она у меня, любимая… Вера-Веруня».

Худ. Сегал Александр. Муж и жена.

Источник: pravoslavie.ru

Блаженнейший Митрополит Киевский и всея Украины

Наша газета

gazeta

Поиск

Вход

Обозреватель...

obozrevatel

Богословские тесты.

testi