Цитата дня

 Причащайтесь чаще и не говорите, что недостойны.Если ты так будешь говорить, то никогда не будешь причащаться, потому что никогда не будешь достоин.Вы думаете, что на земле есть хотя бы один человек, достойный причащения Святых Таин? Никто этого не достоин, а если мы все-таки причащаемся, то лишь по особому милосердию Божию. Не мы созданы для причастия, а причастие для нас. Именно мы, грешные, недостойные, слабые, более чем кто-либо нуждаемся  спасительном источнике…Святой праведный Алексей (Мечев))

oshibki.jpg

Рейтинг:  4 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда не активна
 

Правда, в другом месте Вячеслав говорит нечто прямо противоположное:

«Славик говорил, что даже убийца может стать святым, если сильно каяться в своих грехах и больше не делать их».

То, что в данном случае концы с концами не вяжутся, Л. Н. Емельянова просто не замечает.

Для сравнения приведем здесь высказывание знаменитой болгарской прорицательницы Ванги (Вангелии Гущеровой, 1911-1996), также считавшей себя православной и даже построившей храм у себя на родине.

«Не думайте, что вы вольны делать, что хотите, в действиях своих никто не свободен, и все предопределено. Можно лишь испытывать чувства: радости от доброго поступка, горечи и раскаяния от дурного… Никто не переборет судьбу. Жизнь человека строго предопределена».

Развивая до конца эту логику, можно дойти до утверждения, что Бог творит как добро, так и зло. Такой фатализм, лежащий в основе многих гностических систем, в корне противоречит православному вероучению. Ереси предопределенности буквально с первых веков христианства противостояли наши Святые Отцы.

«Они признают три рода людей: духовный, земный, душевный, соответственно тому, как были Каин, Авель и Сиф, а по этому и три естества…, - писал о ереси гностиков-валентиниан святой II века Ириней Лионский в первой из пяти книг «Обличений и опровержений лжеименного знания». – И деля опять самыя души говорят, что одне из них по природе добрыя, а другия по природе злыя… Эти люди, - пишет далее св. Ириней, - сшивают старушьи басни, и потом вырывая оттуда и отсюда слова, выражения и притчи, хотят к своим басням приспособить изречения Божии».
«Бог ни в чем не нуждается, - писал он далее. - …Он все сотворил и создал Словом Своим, …Он для творения не нуждался ни в помощи ангелов, ни в какой-либо силе, далеко низшей Его. …Ибо в том превосходство Бога, что Он не нуждается в других орудиях для произведения созданного, но Его собственное Слово способно и достаточно для создания всего… Кому же мы должны более верить относительно создания мира, - спрашивает св. Ириней, - вышепоименованным ли еретикам, болтающим такие глупости и нелепости, или ученикам Господа и верному рабу Божиему и пророку Моисею, который с самого начала изложил о творении мира, говоря: «Вначале сотворил Бог небо и землю» и все прочее?...».

Кто же говорил устами малолетнего Вячеслава Крашенинникова?

«Виновник всех ересей и заблуждений, апокалипсический дракон, древний змий, обольщающий всю вселенную (Апок., 12: 9), этот змий, несмотря на всю свою несомненную талантливость и обширную практику в течение 7419 лет, очень часто, можно даже сказать постоянно повторяется», - написал в свое время священномученик Илларион (Троицкий).
Написал совершенно верно.

«Славочка не разрешал вливать ему чужую кровь… Славочка говорил, что с чужой кровью в человека входят и чужие грехи, но кровь-то все равно не приживается, не соединяется с родной кровью, так как она мертвая».
На прямом запрещении переливания крови настаивает только одна псевдо-христианская секта – «Свидетелей Иеговы». Чуть выше в книге Л. Н. Емельяновой говорится о контактах Вячеслава Крашенинникова с представительницей этой секты - некоей Жанной, студенткой медицинского института: Вячеславу она нравилась больше, чем, например, баптисты, которых он считал «восхищенными бесами». Интересовался он и иеговистским журналом «Сторожевая Башня», который она приносила. Видимо, разговоры с ней наложили отпечаток и на религиозные взгляды мальчика, и на формирование апокалиптической религиозной доктрины всей группы его почитателей.
«Перед самой кончиной, когда Славику стало очень тяжело, он обратился к иконе Спасителя и глядя прямо на лик Христа, сказал с сомнением: «Вот я умираю… А может смерть напрасна? И муки все мои напрасны? Может Тебя вовсе и нет? И все это напрасно?...»
Всякая человеческая слабость извинительна; тем более, если это – слабость измученного болезнью ребенка. Но как можно в таком случае выставлять его великомучеником, помещать в один ряд, в частности, с боголюбивыми отроковицами Верой, Надеждой и Любовью, принявшими за Христа смертную муку, но не усомнившимися в Его существовании?

Святитель Игнатий (Брянчанинов) предупреждал:

«Как среди плача по Богу приходят минуты необыкновенного успокоения совести, в чем заключается утешение плачущих; так и среди ложного наслаждения, доставляемого бесовскою прелестью, приходят минуты, в которые прелесть как бы разоблачается, и дает вкусить себя так, как она есть. Эти минуты – ужасны! горечь их и производимое этою горечью отчаяние – невыносимы. По этому состоянию, в которое приводит прелесть, всего бы легче узнать ее прельщенному, и принять меры к исцелению себя. Увы! начало прелести – гордость, и плод ее – преизобильная гордость. Прельщенный, признающий себя сосудом Божественной благодати, презирает спасительные средства предостережения ближних, как это заметил святой Симеон. Между тем припадки отчаяния становятся сильнее и сильнее: наконец отчаяние обращается в умоисступление, и увенчивается самоубийством».

Очень двусмысленно отношение к Церкви самой Валентины Афанасьевны Крашенинниковой: по ее собственному признанию, она долго не решалась крестить сына, в частности, потому, что ей не нравились новые храмы и молодые священники: «Ведь я привыкла к другим Церквям, старинным, с настоящими иконами, с настоящим, пожилым батюшкой, а здесь… молодой, улыбчивый… Нет, совсем не так я представляла крещение своего сына. Виделась другая церковь, «настоящая», да и батюшка другой – «настоящий»…».
Критерий подлинности для В. А. Крашенинниковой только один – возраст: храма, иконы, священника. Чем старше, тем подлиннее. В итоге: Вячеслав Крашенинников был крещен в возрасте пяти с половиной лет в «настоящей» церкви.

Вообще, экклессиология группы Крашенинниковой-Емельяновой весьма специфична и, можно сказать, в высокой степени «толерантна».
С одной стороны, Вячеслав Крашенинников, по воспоминаниям его матери, сознательно исповедовал Православие и говорил, что вне Православной Церкви спасения нет. С другой стороны, в книге Л. Н. Емельяновой приводится свидетельство учительницы Вячеслава Салимы Рахматуллиной, которую встреча с В. А. Крашенинниковой и память о ее сыне подвигла на обращение в ислам, на чтение книги «Крепость мусульманина» и Корана.
При этом, пишет она, «когда мне трудно, обращаюсь мысленно к Славику и прошу мне помочь, и он действительно помогает… А книга о Славике, она всегда со мной: в дороге, дома, в школе».
Такое вот «правоверие», недопустимое ни с точки зрения ислама, ни тем более с точки зрения Православной Церкви.

Никакого отношения к Православию не имеют и духовные советы «святого отрока», часто совершенно нелепые:
«Славик… сказал, что в доме нельзя держать собак – это грех, что собаки должны жить во дворе».
«Птиц убивать нельзя – птицы участвуют в сотворении времени – убивая птиц, - сокращаем время…»
Это высказывание, на наш взгляд, также вполне еретично, поскольку прямо противоречит духу и букве Евангелия.
«Все произошло от Него и без Него ничего не произошло», - говорит святой тайновидец Апостол Иоанн Богослов. (Ин., 1: 3).
«Ибо, - комментируя этот фрагмент, пишет св. Ириней Лионский, - Он ни в чем не имеет нужды, но Словом и Духом Своим все творит, всем располагает и управляет и всему дает бытие…»

Еще «совет» «святого отрока»:

«Нельзя собирать маски, черепа, фантастические книги и т. д., потому что в них поселяются злые духи, а Икон Спасителя, Матери Божией и ликов святых злые духи не выдерживают. Не любят они и горящие восковые свечи, запах ладана, а особенно – Воскресную молитву, от которой начинают метаться и исчезают».

Сказанное, конечно, не ересь, а, скорее, специфическая провинциальная дремучесть, круто замешанная на около-православном фольклоре, не имеющем никакого отношения к святоотеческому Православию. Впрочем, можно разглядеть в этом и начаток магизма.

 Система Orphus

Блаженнейший Митрополит Киевский и всея Украины

Наша газета

gazeta

Поиск

Вход

Обозреватель...

obozrevatel

Богословские тесты.

testi